ШКОЛА ЖУРНАЛИСТИКИ
имени Владимира Мезенцева
в Центральном Доме Журналиста
Записаться

Солдат в ребристом шлеме

Х Всероссийский конкурс имени Владимира Мезенцева "Юные журналисты России".

Номинация - "Очерк".

Участник – Дарья Резникова.

Солдат в ребристом шлеме

Родился Василий Георгиевич Макаров 14 января 1923 г. на Северном Байкале в г. Нижнеангарске в простой семье рыбака. Кроме него у родителей – Георгия Васильевича и Екатерины Ильиничны – было еще 2 сына и 2 дочери. Учился Василий в десятилетней школе, а после ее окончания - на моториста в мастерских дизельных двигателей. Работал на буксирно-пассажи рском теплоходе «Маяковский», который ходил по речке Кичера. Однако поработать довелось только один год. Началась война.

- 8 июля 1941 года, - вспоминает Василий Георгиевич, - прибыл к нам из военкомата капитан Владимиров и сказал, что все мы на приписке. Те, кто желает добровольно защищать Родину, на следующий день должны были дать ответ. А мы были комсомольцами, на следующий день все 18 человек согласились пойти на фронт добровольцами.

Вскоре призывников доставили в порт Байкал, посадили на пассажирский поезд и привезли на станцию Дивизионная для обучения в танковой школе сержантского состава. Готовили механиков-водите лей танков, башенных стрелков, стрелков-радисто в. Учиться приходилось много, кормили неплохо, а вот спали мало, на фронт срочно нужны были экипажи. После 2-месячного ускоренного курса сдачи экзамена молодому рабочему Макарову присвоили звание младшего сержанта и военную квалификацию механик-водитель танка.

По «чирошному» (солдатскому) радио вести доходили быстро: все тревожнее они шли из Москвы. Озверев, фашисты рвались к столице. И вот уже молодых курсантов разместили в грузовые вагоны, на солдатском языке их называли «телятниками», и отправили по направлению к Москве. «Зеленые» и необстрелянные солдатики плохо представляли себе, что их ждет. В Свердловске пополнение ждал заместитель командующего 4-й танковой бригады инженер-подполко вник А.С. Дынер, который принимал людей и сопровождал их до места назначения. Он был из той самой 4-й танковой, которая вначале войны дислоцировалась в Белоруссии и, уже потрепанная в тяжелых боях и потерявшая большую часть своего личного состава, медленно отступала к Москве.

И снова железная дорога. Маневровая «кукушка», пыхтя и сопя, тянула состав в Нижний Тагил, где на полную мощь работал 183-й вагоностроительн ый завод им. Сталина, спешно переоборудованны й в танкостроительны й. И вот она, новенькая, сверкающая свежевыкрашенной краской «тридцатьчетверо чка», - своя, родная! – стоит перед водителем Макаровым. «Стального коня» промаркировали и дали номер – 13. Здесь же, в Нижнем, был сформирован состав экипажа. Дальше – фронт.

4-я танковая бригада под командованием М.Е. Катукова, в которой начал свою службу младший сержант Василий Макаров, в московской битве входила в состав 16-й знаменитой армии генерала К.К. Рокоссовского, которая обороняла Волоколамское направление на подступах к «сердцу России». Район боевых действий был обозначен четко – города Солнечногорск – Волоколамск – Наро-Фоминск.

Первый бой экипаж танка № 13 принял 11 сентября 1941 года. «Поначалу рвало от газа и дыма, - вспоминает ветеран, - а потом к боям стали относиться как к обычной работе». Под Москвой развернулись ожесточенные бои, солдаты сражались за каждую пядь земли русской. Часто против огромной силы противника стояла насмерть горстка бойцов. С танкистами бок о бок действовала пехота.

Танкисты из 4-й тесно общались с пехотинцами из 316-й стрелковой дивизии генерала И.В. Панфилова. В короткие промежутки между боями курили, балагурили, пели песни под баян. Но особенно дружили с казахами. В 175-м полку командовал батальоном старший лейтенант Баурджан Момыш-Улы. Служили у него две девушки-снайперш и, тоже казашки, Алия Малдагулова и Маншук Маметова. Часто прибегали покурить. На счету у этих хрупких на вид девушек был не один десяток уничтоженных фашистских солдат. Перелистывая, как короткий залп, сухие информационные сводки, мы выяснили, что старший лейтенант Момыш-Улы погиб смертью храбрых в боях под Москвой. Ему присвоено звание Героя Советского Союза посмертно.

Часто перед решающим боем молодые бойцы говорили: «Прошу считать меня коммунистом (или комсомольцем)». 3 ноября 1941 г. В.Г. Макаров вступил в ряды ВКП(б) и до сих пор не отступил от своих убеждений. Подлинная вера и любовь к Родине, искренние убеждения помогали ему выстоять в смертельной схватке с врагом. За мужество и героизм, проявленные в боях за Москву, 4-я танковая бригада М.Е. Катукова была переименована в 1-ю гвардейскую танковую бригаду с вручением гвардейского знамени, а 316-я стрелковая дивизия стала именоваться 8-й гвардейской пехотной дивизией. Но генералу И.В. Панфилову, Герою Советского Союза, не посчастливилось увидеть разгром врага под Москвой, он был смертельно ранен у деревни Гусенево.

Реально оценивая соотношение сил на советско-германс ком фронте при разработке плана зимней кампании 1941г., ставка и Генеральный штаб считали необходимым полностью устранить угрозу, нависшую над Москвой. Готовились к контрнаступлению . «Автоматы бинтами перевязывали, а танки красили в белый цвет», - рассказывает Василий Георгиевич. 5 декабря 1941 года началось контрнаступление советских войск. В ходе его враг был отброшен на 100, местами на 300 км. 1-я гвардейская танковая вместе со всеми освобождала города и села Подмосковья и вышла за пределы области. «Под Мценском меня ранило в левый глаз, - продолжает рассказ бывший танкист, - глаз был вывернут. Лечили меня в клинике института Склифосовского. Искусные хирурги вставили глаз на место, зашили».

После ранения В.Г. Макарова направили в 29-й танковый корпус 5-й гвардейской танковой армии генерала П.А. Ротмистрова, которая в районе Острогожска готовилась вступить в бои на Курской дуге.

Новый состав экипажа Макарова оказался интернациональны м: водитель-механик Василий Макаров – русский; стрелок-радист Фархад Юлдашев – узбек; башенный стрелок Файзулла Шарфутдинов – татарин; командир машины Евгений Загорулько – украинец. Вот это да! Когда я услышала, как спустя 60 лет после войны Василий Георгиевич называет мне без запинки имена своих друзей, свою боевую «четверку», я вдруг ощутила, что значит подлинный человеческий интернационализм , провозглашенный не по приказу диктатора. Да разве можно было разрушить дружбу, скрепленную общими страданиями, болью, кровью?!

По приказу Штаба 5-я гвардейская танковая армия форсированным маршем спешила к южному фасу Дуги и на выручку боевым товарищам и без задержки вышла в назначенное место. В это время немецкий командующий Э.фон Манштейн, убедившись, что через Обоянь, по кратчайшему пути, к Курску не пробиться, направил свои танки в более глубокий обход – через деревню Прохоровку. Врага под Прохоровкой нужно было остановить любой ценой. «Утром 12 июля, - вспоминает фронтовик, - наши танковые корпуса вышли на исходные позиции. Ждали только условный сигнал для начала атаки. Трижды раздалась команда: «Сталь!» И «тридцатьчетверк и» Ротмистрова лавиной устремились в атаку. Примерно в это же время в атаку пошли лучшие немецкие танки «Т-5» («пантеры») и «Т-6» (тигры).

Искать победу можно было лишь в ближнем бою, на большой скорости врезаясь в боевые порядки противника, и бить по «тиграм» и «пантерам» в упор, а если надо, то идти на таран. Не жалея снарядов, вели лихорадочный огонь башенные стрелки. А кроме танков огонь велся из сотен стволов противотанковой артиллерии. Беспрерывно рвались тысячи снарядов, а если попадали в цель, то взрывалась боевая машина, и тогда многотонные башни танков взлетали в воздух и летели осколками на десятки метров. И уже через какой-нибудь час или два многострадальное поле было покрыто сотнями горящих и взрывающихся танков, а дым от них, едкий и удушливый, смешавшись с пылью распятой развороченной земли, плотной пеленой застилал все вокруг и поднимался огромным столбом в небо. А там, на небе, сходились в смертельной схватке сотни истребителей и, сбитые, тоже падали на стонущую землю. Что же должен был выдержать и вынести солдат на этом поле…

Внутри танка – невыносимая жара, гарь. Экипаж Загорулько-Макар ова успел подбить несколько танков, но и сам стал жертвой. Самоходная установка «фердинанд», спрятавшаяся во дворе деревенской церквушки, ударила неожиданно с левой стороны, там, где сидел водитель. «Первым снарядом, - вспоминает Василий Георгиевич, - разорвало гусеницу, машина остановилась. Опять рвануло. Второй снаряд угодил в башню. Я успел только люк отбросить. Ранило нас всех. У меня разорвало челюсть, задело живот. Фархаду искалечило все лицо, шею, у Файзуллы оторвало по локоть левую руку, а Евгению - половину левой ноги. Третий снаряд угодил в мотор. Танк загорелся. Медсестра Нина Шевцова вытащила нас всех из горевшего танка, спасла: первого меня, потом Фархада, Евгения, последним Файзуллу. После этого ранения я долго скитался по госпиталям».

Так закончилась для экипажа Макарова великая танковая битва. Преодолеть Прохоровский рубеж армия Манштейна так и не смогла. Но и наши солдаты дорогой ценой заплатили за победу. 7 тысяч бойцов и командиров пали на историческом поле.

…После госпиталя и пересылки танкист Макаров вновь на фронте, теперь уже на 1-м Белорусском. В 1944-1945 гг. он освобождал города и села Белоруссии и Польши, с боями прошел от Вислы до Одера. На глубоких водных преградах, которыми были эти реки, наши войска несли большие потери: немцы постоянно бомбили понтонные переправы как самолетами «Хенкель», так и дальнобойной артиллерией. Василий Георгиевич рассказывает, как укрывшийся в засаде немец-корректиро вщик направлял удары артиллерии. Однажды такого корректировщика «сняла» группа разведчиков В. Карпова. «А дальше, - продолжает ветеран, - переправившись через Одер, мы взяли города Кюстрин и Дойч-Кроне». Здесь, на Кюстринском плацдарме, войска закрепились для нанесения решающего удара по фашистскому логову – Берлину.

…Брал столицу Германии Василий Георгиевич Макаров в составе 1-й гвардейской танковой армии М.Е. Катукова, 1-го Белорусского фронта, которым в Берлинской наступательной операции командовал Г.К. Жуков. Особенно упорным был штурм Зееловских высот. Но и в самом Берлине бушевал кровопролитный бой. Штаб берлинской обороны объявил о прекращении огня только 2 мая. Слезу, радость и смертельная усталость одолевали бойцов. «Спали как убитые». А в ночь с 8 на 9 мая был подписан акт о безоговорочной капитуляции Германии. Победа!

Но в августе 1945 г. танковый полк, где служил Макаров, был отправлен из Германии на восток, на войну с империалистическ ой Японией. Экипаж Василия Георгиевича Макарова входил в состав 66-го гвардейского танкового полка 6-й гвардейской танковой армии генерала А.Г. Кравченко войск Забайкальского фронта.

…Особенно тяжелым был переход через Большой Хинган. Ощетинились острыми пиками горы, зловеще зияли бездонной пустотой ущелья. А дорога коварная, покрыта толстым слоем льда. Малейшая оплошность – и машина могла сорваться в пропасть. Тогда: прощай навеки! Ради безопасности танк вел один водитель, экипаж вместе с пехотой, монгольской кавалерией и лошадьми шли позади. Особенно страдали на ледяной дороге лошади. Чтобы хоть как-то помочь пешим, танки порошили дорогу, т.е. вихляя, разбивали лед. Досталось горького до слез! Не менее трудным был спуск: прошли дожди, дороги размыло. Измученные, грязные спустились с Хингана, вышли на Маньчжурскую равнину. Китайцы выбегали навстречу солдатам, приветствовали их. Привязав к палке лоскуток красной материи, кричали «совет-шанго», что означало «хорошо».

Воинская часть В.Г. Макарова дошла до Мукдена. Здесь солдат в ребристом танковом шлеме узнал о капитуляции Японии. Почувствовал облегчение. Наконец-то можно было вздохнуть свободно полной грудью и ощутить радость жизни.

После войны Василий Георгиевич служил в Приволжском военном округе. В 1956 году прошло массовое сокращение армии, и В.Г. Макаров вышел в отставку в звании гвардии старшины танковых войск, механиком-водите лем танков. В том же году он по путевке приехал на строительство Братской ГЭС. Работал сначала трактористом, потом водителем на МАЗах и КРАЗах, возил стройматериалы. Участвовал в 1959 г. в перекрытии Ангары. Словом, пока сил хватало, работал, работал и работал.

Человек нелегкого характера, он глубоко переживает события последних десятилетий в истории нашей страны. Неизгладимый след в его жизни, как и для миллионов людей военного времени, оставила война. Она глубокой бороздой прошла по его судьбе. Родина высоко оценила ратную службу воина: у него 4 боевых ордена: Красной Звезды, Красного Знамени, Отечественной войны первой и второй степеней, почетный знак «Прохоровское поле» и другие награды.

Дарья Резникова

Ученица 10 класса МБОУ «Лицей №1» г. Братск, Иркутская область