ДЕНЬГИ ПАХНУТ КРОВЬЮ

Расследование

Чеченские боевики финансировались спортклубом Министерства обороны России.

«Причем здесь чеченская мафия?»

Еще в 1988 году в Дагомысе среди представителей криминальных структур произошел дележ Москвы. На этот саммит не явились только чеченцы. Они заявили тогда, что завоюют Первопрестольную, как сицилийцы завоевали Нью-Йорк и Чикаго.

В центре Белокаменной есть огромный остров под названием ЦСКА, принадлежащий Министерству обороны. По данным Главной военной прокуратуры, сегодня здесь на 212 020, 1 кв. метра работают 116 арендаторов. Хорошо зная заниженные официальные расценки и завышенную сумму нала, выплачиваемую в конверте, не трудно представить размах тамошнего бизнеса. Учитывая огромность «добываемых» при этом денег, не приходится удивляться завесе секретности, покрывающей все там происходящее. И, тем не менее, даже в самой загерметизированной системе случаются протечки…

Из письма:

МИНИСТРУ ОБОРОНЫ РФ
И.Д.СЕРГЕЕВУ

«…К Вам обращается Джиджавадзе Али Юсупович, проживающий в городе Батуми, с целью разоблачить преступления, творящиеся в ЦСКА.

Я приехал в Москву в 1992 году. Работал в банках и других финансовых структурах. В это время мой двоюродный брат Тенггиз Вердзадзе открыл в ЦСКА билетную кассу – агентство Аэрофлота. Через него отправлялись все спортсмены, вылетающие за рубеж и по России. Это приносило брату большой доход.

Перед открытием агентства начальник ЦСКА полковник Барановский поставил категорическое условие: «Работать только под нашей чеченской крышей». Об этом мне рассказал сам Тенгиз.

Естественно, если Барановский делал подобное предложение, то сам связан с чеченской мафией.

Соответственно, за крышу Вердзадзе обязан платить Барановскому и чеченцам…»

Уточним, что торговлей авиабилетами занималась фирма «В.К.К.», принадлежащая Вердзадзе. Позднее ее совладельцем стала Валентина Васильевна, жена Барановского.

«…От чеченской мафии ЦСКА контролирует человек по кличке Шах – Шахритдин Мусаевич. Его фамилия мне неизвестна. Он сидит в кабинете на втором этаже управления ЦСКА, где находится администрация оптового рынка. Какую он занимает официальную должность и занимает ли вообще, тоже не знаю. Но все вопросы на рынке решаются только через него.

Позднее кое-что удалось выяснить в ходе журналистского расследования. Так, например…

Из документов:

«С 1997 года в Москве организовалась устойчивая группа в основном из лиц чеченской национальности, а также выходцев из Чечни. Ее лидеры – Шахруди Дадаханов (кличка Шах) 1965 года рождения и Русламбек Хусаинов 1965 года рождения.

Эта ОГ стала брать под свою опеку московские рынки, в частности, рынок ЦСКА.

В 1998 году поступила оперативная информация о том, что преступная группа занимается хищением денежных средств путем мошенничества. Для силовой поддержки своих противоправных действий имеет вооруженную группу боевиков.

В августе 1998 года по указанию руководства МВД России проводилась проверка деятельности вещевых рынков, подконтрольных чеченской группировке.

В основном они расположены на территории спорткомплекса ЦСКА (Ленинградский проспект, 39 А). Также проверялись ЗАО «Русь» (директор С.Л. Бехтемиров), ЗАО «Торговый центр Барк» (директор В.А.Деров), ООО «Экспомедиа» (директор И.А. Изосимов), ЗАО «Центральная страховая компания» (директор В.М. Кулиш).

В результате проверки выявлено, что через указанные фирмы путем действий, имеющих признаки мошенничества, незаконного предпринимательства и легализации (отмывание) денежных средств с июня 1997 года по июнь 1998 года было похищено 1 986 946 682 доллара США.

Часть этих средств была переправлена для финансирования бандформирований, действующих на территории Чечни».

И еще:

«В процессе проверки выяснилось: фирмы, расположенные на ЦСКА, заключили договоры перестрахования с оффшорными страховыми компаниями на Кипре и в Уругвае. Как выяснилось, лицензии на осуществление такой деятельности на нашем рынке эти компании не имели.

Затем деньги перечислялись в зарубежные банки. Так как у фирм на подобные операции не было разрешения Центробанка, налицо имело место явное нарушение закона.

Подобное страхование нарушало и закон города Москвы, и распоряжение столичного мэра, согласно которым средства от торговых сборов следовало перечислять на московские социальные программы. Таким образом, эти фирмы отмыли почти 20 миллионов долларов».

4 ноября 1998 года Генеральной прокуратурой России в отношении руководителей названных компаний, а также Шахруди Дадаханова было возбуждено уголовное дело. Всем вменялось мошенничество, совершенное организованной группой, отмывание денег и незаконное предпринимательство, совершенное также группой.

Для предварительного расследования дело направили в следственный отдел УВД Северного округа. И хотя с тех пор прошло не мало времени, по этому уголовному делу не проведено ни одного следственного действия. Оперативники объясняют это тем, что в Северном округе у обвиняемых в местных правоохранительных органах всё схвачено».

Забегая вперед, приведу фрагмент беседы с родственником Али Джиджавадзе:

«Т.Д.ВЕРДЗАДЗЕ. Причем здесь чеченская мафия? Я чеченской мафии не вижу здесь. Чеченцев вижу, Шаха вижу…Он – председатель АО «Русь». Какие у нас отношения? Он иногда помогает детской спортивной школе. Это чисто с футболом связано. Детской команде надо перелететь на самолете, — да, они спонсорские какие-то дивиденты могут выделить, чтобы команда полетела…Или купить какие-то трусы или майки…А дальше – это не моя стихия».

Совсем недавно стало известно – некоторое время назад чеченская ОГ перевела в Чечню на поддержку боевиков Басаева один миллион долларов.

Обозреватель «Совершенно секретно» Лариса Кислинская рассказала о хитроумной схеме перевода денег.

Член чеченской ОГ Борз-Али Исмаилов, ныне живущий в Амстердаме, через банки оффшорных зон переводит средства на свои амстердамские счета. Затем снимает. На доллары закупается обмундирование и оружие, которое контрабандой идет в Чечню, выплачиваются подъемные и гонорары для арабских наемников, оплачивается лечение раненых.

Спецслужбам также стало известно, что лечение проводится на вилле в Испании, купленную через своих людей.

Укрепление чеченцев на ЦСКА началось еще в 1993 году. Они потеснили отсюда «хозяина» Михаила Креммера, бывшего врача спортивной команды «Уралочка».

В 1997 году, — сообщила Кислинская, — Креммер собирался стать советником возглавляющего тогда МВД РФ Анатолия Куликова, но министр, получив на того плохую характеристику, отклонил его кандидатуру.

Несмотря на близость к другим высокопоставленным чинам из МВД, у Креммера ничего не получилось. Всё решали деньги чеченцев.

Говоря о деньгах, нельзя не назвать «казначея» — выходца из Казахстана Андрея Трубицына, окружившего себя депутатами различных уровней.

В свое время он специализировался на поставках редкоземельных металлов, занимался взаимозачетами по линии РАО «ЕЭС» и РАО «Газпром». Большинство взаимозачетов закончилось изъятием астрономических сумм из государственного бюджета.

Именно с взаимозачетами ассоциируется уголовное дело бывшего заместителя министра финансов России Владимира Петрова, который 1 сентября 1998 года был арестован в связи с подозрениями в получении взяток.

Из письма А. Джиджавадзе:
…Открыв на ЦСКА бистро, я шесть месяцев проработал без всяких документов, без постановки на учет кассового аппарата, и никто ко мне даже близко не подошел.

Налоговая приезжала, деньги на лапу – и разошлись!

Видимо, существует ежемесячная ставка. Ее выплачивают чеченцы, возглавляющие рынок.

По моим сведениям, они контролируют не всю территорию ЦСКА. Дворец спорта, где проходят хоккейные матчи, контролируются осетинской группировкой. Там осетинами открыт салон «Мерседес», другие фирмы».

Как известно, с жалобой на начальника ЦСКА обращались также В.В.Тихонов – главный тренер хоккейного клуба и его генеральный директор В.И.Гущин. Их заявление адресовалось Генеральному прокурору и министру обороны.

— Ох, как нам этот ЦСКА надоел! – воскликнул при телефонном разговоре со мной адъютант заместителя министра обороны, маршала Топорова Мурман Хасанович Закарадзе. – Хоть бы его у нас кто-нибудь забрал, а то каждый день – проверки.

Из письма А.Джиджавадзе:
«…Вскоре директор билетной кассы Т.Вердзадзе стал генеральным директором футбольного клуба ЦСКА. Один раз его освободили от этой должности, а потом вновь назначили. В этом продвижении ему способствовал его друг Мурман Закарадзе – адъютант заместителя министра обороны Топорова.

Когда по причине хронического алкоголизма перед Барановским тоже стояла угроза отстранения от должности, Вердзадзе через Закарадзе вновь повлиял на Топорова – и Барановский не был уволен.

За эту услугу ЦСКА строит для Закарадзе огромную дачу под Москвой. Об этом мне сообщил один из телохранителей Вердзадзе.

Самого Топорова мне неоднократно доводилось встречать в кабинете Тенгиза. Тот водил его в парную с девочками-спортсменками. Устраивались гулянки в ресторане «Мимино», где они часто закрывались. (Ресторан расположен на территории ЦСКА и принадлежит фирме Вердзадзе и Барановской.) На этих оргиях я постоянно заставал и Мурмана Закарадзе».

Добавим, что заместитель министра обороны Топоров известен тем, что, обосновавшись в историческом кабинете Георгия Константиновича Жукова, разрушил его до основания, выбросив даже знаменитый глобус полководца. У дверей же выставлена персональная охрана, не уступающая службе безопасности любого олигарха.

21 февраля 2000 года в отношении Барановского Савевеловская межрайонная прокуратура возбудила уголовное дело по статье 165, часть 3 УК РФ: «Причинение крупного имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием». Максимальное наказание за подобное преступление тянет на пять лет. По поводу чего затеяли следствие? С сентября по август 1998 года хозяин ЦСКА незаконно пускал на финансирование клуба деньги, полученные от одного из 116 арендаторов – ресторана «Золотой резерв – 1».

Кабачок находился на территории легкоатлетического футбольного комплекса ЦСКА, на Ленинградском проспекте, 39.

Владельцы ресторана исправно платили деньги за аренду, которые тратились на нужды спортивного клуба. Почти за год армейцы получили 151 тысячу долларов. Однако выяснилась маленькая деталь. Легкоатлетический футбольный комплекс принадлежал вовсе не ЦСКА, а Мингосимуществу России и являлся федеральной собственностью. Так что с легкой руки полковника государство недополучило эту кругленькую сумму.

Когда я по горячим следам позвонил савеловским прокурорам, они уже успели отфутболить дело в Московскую военную прокуратуру. А там его…закрыли!

Прокурор Московской военной прокуратуры генерал-майор юстиции Александр Леонидович Иванов растолковал мне, непонятливому, что, по сути, все не стоит выеденного яйца. Ну, запамятовал человек, не в свой карман залез исключительно по ошибке, с кем не бывает…Но сделал все не корысти ради, а радея о славе отечественного спорта.

Может, в самом деле, так и было и чеченские мафиози тут вообще не при чем?

…По словам Али Джиджавадзе, его двоюродный брат, еще лишь заведуя билетной кассой, уже заправлял всей коммерческой деятельностью ЦСКА.

«Происходило это следующим образом. Когда к Барановскому обращались коммерсанты, желающие работать на его (чеченской) территории, он направлял их в кассу Аэрофлота. Там Вердзадзе определял, сколько коммерсант должен платить официально и сколько налом. Сам Тенгиз арендовал огромное помещение, где раньше проводились собрания и концерты. Теперь там он сам сдает помещения под торговые точки. Стоимость одного квадратного метра – 6 долларов в день.

Рядом с футбольным полем Вердзадзе совместно с немецкой фирмой построил четырехзвездочную гостиницу. Немцы вложили в нее десять миллионов долларов, а футбольный директор взял на себя решение всех организационных вопросов».

Иногда мне кажется, что гибель десантников и омоновцев, потрясшая всю страну, кровь тысяч других мальчишек в шинелях оплачивались московскими стадионами, работающими под «нашей чеченской крышей». В том числе и спортивным клубом Министерства обороны России.

«Шах – только исполнитель. Он подчиняется человеку, который бывает там достаточно редко. Ему лет тридцать. Круто одет, крутые машины…Среди них – джип «лендкраузер» и «тайота». Этого человека привел с собой и поставил на рынке Барановский».

Безусловно, приведенные Джиджавадзе факты нуждались в проверке. И я попытался предпринять свое, журналистское расследование. Мне и в голову не могло прийти, что вскоре сам буду вынужден обратиться к министру обороны.

«Уважаемый Игорь Дмитриевич! В настоящее время мной проводится журналистское расследование, посвященное слиянию чеченской мафии с руководством ЦСКА, деятельности на его территории коммерческой фирмы «В.К.К.» и их прикрытию в лице заместителя министра обороны РФ В.М.Топорова.

По понятным причинам начальник клуба А.Барановский уклонился от встречи с представителем прессы. Однако после беседы с его пресс-секретарем В.Мамчуром в мой адрес по телефону раздались анонимные звонки с угрозами физической расправы.

По соображениям собственной безопасности я уже не решился обращаться к В.М.Топорову, так как им, судя по письму Джиджавадзе, поддерживаются не только служебные отношения с Барановским и Вердзадзе.

В связи с вышеуказанным прошу Вас дать указание соответствующим службам оказать содействие в выполнении профессионального долга – проведении журналистского расследования для последующей публикации».

Коллеги предупреждали меня, что цеэсковских чеченцев по-настоящему боятся.

Свидетели уверяли – люди, вступившие в конфликт с настоящими хозяевами ЦСКА, бесследно исчезают или их, одурманенных наркотиками, вывозят на фурах в Чечню. А там только один удел – рабство.

Впрочем, для группировки характерна осторожная работа. Неугодных не отстреливают по-черному в подъездах: как правило, они погибают при загадочных обстоятельствах, например, в ДТП. Так произошло с одним из партнеров Трубицына – сыном покойного артиста Евгения Моргунова.

Естественно, меня подобная перспектива тоже мало устраивала.

…Теперь, на мой взгляд, следует объяснить, что побудило Али Джиджавадзе разоблачить своего двоюродного брата. Дело в том, что Вердзадзе решил прибрать к рукам бистро родственника и вышвырнуть его из ЦСКА.

Сперва испробовал административные средства: наслал пожарную инспекцию, отключил электроэнергию и воду. А когда это не подействовало, воспользовался услугами мафиози – чеченцев.

Они захватили Джиджавадзе и длительное время удерживали в бункере, расположенном в подвале жилого дома. Потом еще были разбойные нападения на квартиру Али, которую он снимал в Москве, угрозы в адрес его беременной жены Нани…

Я хорошо знал ее отца, Джемала Харадзе, увы, ныне покойного. Старый черноморец возглавлял Комитет народного контроля Грузинского пароходства. Он первым заговорил о слиянии наркомафии и партийного руководства Аджарии. А вскоре прямо напротив обкома его сбила машина, за рулем которой сидел офицер госбезопасности – родственник Аслана Абашидзе, нынешнего руководителя автономии.

Когда Нани и Али перебрались в Москву, раза два заезжал к ним в бистро. Там я впервые услышал о нравах, царящих в ЦСКА и о «дружбе» Барановского и Вердзадзе. А после нападений Заза, как еще называют Али друзья, несколько месяцев скрывался в моем доме.

Естественно, меня не прельщала перспектива повторить его участь. Но с первых шагов расследования стало ясно, что угодил в место, где бушуют огромные финансовые потоки, и надо постараться не позволить себя раздавить. Вновь вспомнился Дима Холодов, уничтоженный, как утверждали газеты, людьми из Министерства обороны, с которыми я сейчас тоже схватился.

Впечатляла и концовка письма Джиджавадзе:

«Вердзадзе хочет расправиться со мной. Для него проще заплатить пять тысяч чеченцу-киллеру, чем вернуть мне 35 тысяч. Убежден, что в Москве никого не заинтересуют мотивы моей гибели».

…Я все-таки встретился с Вердзадзе. Его офис находился в здании легкоатлетического манежа, где нынче бушует стихия знаменитого оптового рынка. Ни одна вывеска не говорит о наличии здесь футбольного клуба.

Цитирую по расшифровке магнитной записи:

«Т.Д.ВЕРДЗАДЗЕ. …Вы чего-то не туда зашли, по моему… Причем здесь «Мимино»?

КОРР. Жена Барановского является участником вашего предприятия?

— Ну, жена Барановского…Как она является?.. Она является не со дня основания фирмы, а чисто такая это была… Просто фамилия ее там фигурирует. Как учредитель она бессильна…
— Скажите, а бистро у входа на рынок относится к «В.К.К.»?
— Бистро? Какое бистро? Абсолютно никакого отношения!
— А к кому относиться бистро?
— Не знаю, о каком домике вы говорите. Представления не имею! На балансе моей фирмы…(телефонный звонок) …Так, ни с кем не соединять! На балансе находится кафе-бар «Мимино» — никаких больше бистро…
— Справа от входа на рынок стоит беленький домик…
— Абсолютно никакого отношения не имеет! Абсолютно.
— Вы о нем ничего не знаете?
— И знать не хочу!
— Его же строил ваш двоюродный брат.
— Как-как?..
— Ваш двоюродный брат.
— Какой двоюродный брат?
— Али Джиджавадзе.
— Али Джиджавадзе? (Как будто первый раз слышит.)
— Да.
— Мой двоюродный брат Али Джиджавадзе?.. А вы откуда его знаете? Это близкий мой родственник. Нет, Али Джиджавадзе ничего не строил. Никакого бистро у него здесь не было».

Это говорилось так убедительно, что я мог засомневаться, если бы сам несколько раз не сидел у Али и Нани в их бистро. Кроме того, имелась у меня и еще одна бумажка.

«СОГЛАСОВАНО:
Главный врач ЦГТСЭН
САО г.Москвы
Л.Н. Береглезова

АССОРТИМЕНТ
Кафе – бистро ТОО фирмы «В.К.К.»

Бутерброд с колбасой. Бутерброд с сыром, выпечные изделия, пицца, пиво. Мороженое, фрукты, сигареты»…

И под всем этим изобилием подпись: «Генеральный директор ТОО фирмы «В.К.К.» Т.Д.Вердзадзе».

Из письма двоюродного брата:
«Шах покровительствует всем, кто работает на территории ЦСКА, вплоть до торговцев, чтобы на них не предъявляли претензии другие группировки.

Деньги от Шаха получают милиция, налоговая инспекция, санэпидемстанция…Из налоговой полиции туда вообще никто не приезжал. Тенгиз неизменно говорил: «Не волнуйся, чеченцы и Барановский тебя всегда прикроют».

Господи, сколько раз хотелось бросить это окаянное расследование и схорониться в деревне, послушать тишину леса, протопить русскую печь и смотреть, как пылают, потрескивая, в огне поленья. Или прошагать с любимым псом верст двадцать по белой равнине с опустившимся на нее низким северным небом и подумать не об оптовых рынках и чеченской мафии, а о скотине, мирно пожевывающей жвачку в теплом, наполненном запахом сена хлеву, о курах, переговаривающихся на насесте, и о блюдце молока для котят, которых перетаскала за холки в избу драная рыжая кошка. А может, и в самом деле рвануть в Матчино, помолиться в Оптиной пустыни, затвориться в скиту?..

Когда на душе становится особенно скверно, я ставлю видеокассету. На ней село, где в семнадцатом роковом году родилась моя мать, и расположенные неподалеку монастырские угодья величайшей русской святыни, и весь тот мир, дышащий самим покоем и благодатью, видятся землей обетованной, единственным местом, где еще можно спастись. Но и там в Козельске всем заправляют чеченец Юсуп и его банда.

…В следующий раз Вердзадзе принимал меня как почетного гостя в отдельном кабинете «Мимино», расположенном в подвале. Футбольный директор обещал устроить тут встречу с Шахом.

— Давай выпьем, — неожиданно предложил Тенгиз и плесканул себе в рюмку водку из графинчика.

Я с удивлением посмотрел на него. Во-первых, я слышал, что Вердзадзе пьет только коньяк, во-вторых, совсем недавно он жаловался на замучивший его простатит.

Я еще не знал, что слова «давай выпьем» — условный сигнал. По нему в подвал вбежали сотрудники РУБОПа и завели мне руки за спину. На запястьях защелкнулись наручники. На столе появилась пачка долларов. Мне инкриминировалось вымогательство.

Ночь я провел на Шаболовке, в самом секретном – пятом отделе РУБОПа. Столько времени потребовалось разобраться, что к чему. Могу констатировать: милиционеры вели себя более чем корректно. По их просьбе, я передал им материалы на тех, кто заправляет всем в ЦСКА.

Начальник пятого отдела посоветовал подать в суд на Вердзадзе за ложный донос. Но я этого делать не стал.

На следующее утро позвонил Тенгизу Дурсуновичу и сказал, что он не прав. Реакция не заставила себя ждать. Средь бела дня у станции метро «Сокол» ко мне подошел высоченный парень и неожиданно ударил ногой в живот. Он так походил на одного из телохранителей Вердзадзе!

Были и другие приключения. Целый месяц меня «пасли». Парни в штатском «вели» на машинах, дышали в затылок на улицах и в метро, а один раз даже отстояли всю службу в храме.

Постепенно я стал привыкать к положению подсадной утки.

От имени министра обороны мне позвонил представитель военной контрразведки, назвавшийся Николаем Николаевичем Тевтенко. Он сказал, что ГРУ продолжает свою работу в ЦСКА, и я обязательно получу официальный ответ.

Мы договорились поддерживать связь через надежный источник.

Потом освободили от занимаемой должности Барановского, ушел с работы Вердзадзе…Московский военный прокурор намекнул мне, что дело об умыкании 151 тысячи долларов – лишь вершки, а корешки – в Главной военной прокуратуре (ГВП). Уж там такого накопали, что мало не покажется…

В ГВП дело по ЦСКА вел подполковник Рязанов. Мы встретились. Со слов Сергея Александровича стало ясно, Священный синод просто обязан канонизировать Барановского. «Мерседес» полковник растоможил, квартиру оформил… Не придерешься! Во всем же виноват главный тренер хоккейного клуба, заваривший кашу и заваливший всех жалобами. А еще…министр обороны, маршал И.Д. Сергеев. Его сын играет запасным в команде Тихонова, и полководец спустил собак на несчастного начальника ЦСКА.

Заместитель Генерального прокурора РФ и Главный военный прокурор Ю.Г.Демин отписал Генеральному прокурору следующее:

«Главной военной прокуратурой совместно с Московской военной прокуратурой все доводы Тихонова В.В. и Гущина В.И., приведенные в жалобе, проверены и своего подтверждения не нашли.

Проведенными в отношении Барановского проверочными мероприятиями фактов нарушений им действующего законодательства не установлено.

Из Управления ФСБ России по Московскому военному округу, Управления по экономическим преступлениямГУВД Москвы и Следственного управления Федеральной службы налоговой полиции материалами компрометирующего характера в отношении Барановского А.П. они не располагают».

О чеченской мафии, маршале Топорове и его адъютанте Закарадзе я не стал говорить с Рязановым. Но спросил:

— Если влезу в это логово со своим расследованием, убьют?
— Я же живой! – хохотнул Сергей Александрович.

Проверочные мероприятия» в ЦСКА, которыми занимался подполковник, заключались лишь в проверке бумажек на аренду помещений.

— Дальше лучше не лезть, — посоветовал прокурор. – Всякое может случиться.

Как видите, я полез…

Владимир МЕЗЕНЦЕВ

«Литературная газета», № 15 (5785), 12-18 апреля 2000 г.