ШКОЛА ЖУРНАЛИСТИКИ
имени Владимира Мезенцева
в Центральном Доме Журналиста
Записаться

Рублёвая атака.

Он пришел, и многим казалось, что будет страшно. Но когда пошел в атаку, наш корреспондент все же задал ему пару вопросов. Набегу.

- Нет, нормально! Я себе и сумки уже перестала покупать! Последней был клатч, и то очень дешёвый, всего за 5 тысяч!» – огорченно смотрит куда-то в сторону пиар-менеджер одного кабельного телеканала Вера – «Правда вот на рынках я одеваться перестала. Это после последнего похода за сапогами, когда самые дешёвые стоили аж 9,5 тысяч! На рынке турецкое качество видите ли! Потом я сказала, что рассчитываю на 5-6, ну тогда вынесли симпатичные ботфорты – за 5,5 купила.

Специалисты по связям с общественностью, говоря иначе пиарщики, уже не бьются в лихорадке, как раньше: работы у них не так много, а значит, и денег мало. Вот и Веру смущают перспективы на будущее. Если раньше она могла заниматься, как внутренним пиаром (поддержание отношений в коллективе – прим. ред.), так и внешним (связь с покупателями и клиентами – прим. ред.), то сейчас дела до пиарщиков никому нет.
Ещё только два месяца назад можно было провести акцию или выставку и быть уверенным, что за неё тебе заплатят. А нынче кризис в стране – Вере, например, ещё с августа не выдали зарплату. Зато, можно и домашнее задание для института сделать. Прямо на рабочем месте.

- Я хоть учится начала – со вздохом дополнила Вера.

В этом месяце кабельному телеканалу не придётся заказывать сувенирную продукцию, скорее всего, вообще. На чём-то экономить надо. Представление перед другими компаниями перестанет играть ту же роль, что и раньше.

- Раньше я организовывала выставки, акции, ещё были пресс-релизы, брошюры, реклама, конечно, форум постоянно читала. Работала почти каждый день. Хорошо, я была и пиар-директором, и рекламщиком, и арт-директором – сейчас увольнять некого. И вообще, рекламы у нас тоже меньше будет – слишком узкая целевая аудитория, а это совсем невыгодно»

Путь к улучшению ситуации далеко за горами, Вера чувствует, что это только начало.

- Я бы ипотеку взяла. В съёмной квартире жить – это всё-таки немного не то. Но кто её даст, ипотеку-то? Проценты высокие, требований много.

Однако на ее внешний вид кризис никак не сказался: французский маникюр, аккуратные брови, румяные щёки, длинные чёрные ресницы и каждый день новая деталь во внешнем виде. Стильно. Сложно сказать, что такого человека как-то коснулся кризис. Окончательно сбивает с толку ее улыбка и уверенная походка: ну и где обречённость?

- Ну, мне для того, чтобы хорошо выглядеть много не надо: тушь, блеск, румяна… кстати, недавно купила от Dior. Смотри как блестят – а блестят и правда красиво – и это на месяц точно, а то и дольше. На косметике экономить я точно не стану.

Но вторую работу Art-директора Вера себе уже нашла: то ли время позволяет, то ли наоборот, семейный бюджет не позволяет сидеть сложа руки.

Кризис не всем приносит вред. Вот, например, Эльза, в свои 45, кризиса совсем не ощущает. Она занимается малым бизнесом, проще говоря, торгует. Продуктов, одежды меньше покупать предприниматель не начала. Даже, наоборот, заметила увеличение своих собственных доходов.

- Может, кризис, это шанс заработать больше. Я вот в экономике не очень разбираюсь, но оно мне и не надо. Сейчас, пожалуй, лучшие времена. Надеюсь, они у меня только начались.

Малый бизнес сможет конкурировать с крупным, потому что у него нет такого количества долгов, да и инновации смогут сыграть немаловажную роль. Но доля предприятий малого бизнеса уже заметно спала за последние несколько лет. Так что, выиграют немногие. Интересно, что кризис влияет не только на потребительскую, материальную, сторону жизни, но и на эмоциональную. Это заметила Анна Васильевна. Ей 54 года.
- Я тут за новостями следила… Вроде только месяц назад объявили о начале этого кризиса. А люди стали намного агрессивнее, хамят просто так. Что ругаются не понятно, я, например, в своей работе ничего не меняла.

Зарплаты у Анны Васильевны нет, да и уволить могут в ближайшее время, поэтому работать стало страшно. И еды она стала меньше покупать – а что если ещё за август денег должны, а когда вернут, неизвестно.

- А вообще, не надо нас никаким кризисом пугать. Я ещё тот 93-й помню. Ничего, пережили. Я вот не хочу, чтобы мои дети или внуки это почувствовали. Буду работать – и всё.


Экономить в кризис придётся всем. Типичной немке Петре не привыкать – порядок и экономия у неё в крови. Однако Петре в 42 года, десять из которых в Германии она общалась с деньгами и 2 года в России – с политиками в посольстве, тяжело предположить, как вести себя дальше. Её сбережения уже принесли разочарования – она потеряла более 25% в московском банке. А количество продуктов пришлось уменьшить, но, опять же, для немцев это не проблема. Петра знает, что кризис пришёл из Европы, поэтому русских очень понимает. А на вопрос о том, есть ли сокращения у них на работе, она с искренним удивлением отрицательно покачала головой. Петра убеждена в том, что немцы кризис спокойнее воспринимают, и не будут скупать все полки. А пустые прилавки ей уже приходилось видеть.

А некоторым придётся устроиться на работу или стать хотя бы фрилансером.

Вале 16 лет, но уже сейчас, несмотря на занятость ее мамы в двух институтах и высокое жалование, ей приходится самой зарабатывать деньги. Маме задерживают зарплату, значит, всей семье придётся затянуть пояса. Нет, есть они, конечно, не перестанут, но на одежду и кино можно уже будет не рассчитывать. Поэтому Валя репетиторствует. У нее двое учеников младших классов. Заработанные деньги – если повезёт, это около 2.500 тысяч рублей в неделю – можно уже тратить на себя любимую. А занята Валя всего 7-8 часов в неделю. Согласитесь, неслабо для школьницы. Но есть один минус. И на проезд, и на развлечения, и на еду зарабатывать приходится уже в 10 классе. А ЕГЭ не за горами.