ШКОЛА ЖУРНАЛИСТИКИ
имени Владимира Мезенцева
в Центральном Доме Журналиста
Записаться

Уроки Корепановой

Сегодня – День учителя

ЗАМЕТКИ НА ПОЛЯХ. В 1983 году было учреждено звание «Народный учитель СССР». Корреспондента «Труда» направили в Удмуртию писать о школьном директоре.

На мой взгляд, не плохой повод поговорить об очерке как о документальном рассказе. Это уже почти литература! Во всяком случае, такова планка. Жаль, что нынче жанр умер. А ведь он не заменим в деле формирования общественного мнения. И будущим пиарщикам об этом стоит вспомнить, когда станут проталкивать очередного депутата в Госдуму.

Материал отметили на редколлегии, вывесили на доску… Взгляните… Может, что и пригодится…

Этот край называют родниковым: много бьет из земли светлых ключей. С каждого из них начинается река.

Хватает Волге широты и сини,
Но с Камою она еще сильней.
И для меня бы не было России
Без маленькой Удмуртии моей.

С этих поэтических строк начинает первый урок нового учебного года Екатерина Митрофановна Корепанова, директор и преподаватель математики Кожильской средней школы Балезинского района Удмуртии, народный учитель СССР.

Сельская школа, в которой она трудится, почти тридцать лет, известна не только в районе, но и в республике. Главное требование Екатерины Митрофановны: никакого формализма в работе, никаких штампов. В школе должно быть все интересно и красиво, все должно воспитывать.

Наверное, педагогика – ее призвание. Может быть, потому, что мать мечтала стать учительницей, да не пришлось…Но каждый раз, глядя на старательную дочку, она не забывала приговаривать: «Подрастешь – пойдешь в учительницы».

Детство будущему педагогу досталось военное – тяжелое да несытое. Но как самую дорогую реликвию хранит сегодня Екатерина Митрофановна медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», полученную… в пятом классе.

Окончив физмат Ижевского пединститута, она вернулась в свою школу. Теперь шутит: «Прошла здесь трудовой путь от первоклассницы до директрисы».

Новая школа создана, как здесь говорят, по проекту Корепановой. Столько души, волнений, да и здоровья в нее вложено! Кажется, с закрытыми глазами по камушку может собрать и разобрать все здание. Ведь и кирпич, и шифер, и стекло – все просила, доставала и выбивала она, школьный директор.

Конечно, новая школа не идет ни в какое сравнение с той, где училась Катя Корепанова. Есть здесь и актовый зал, и библиотека. В каждом кабинете стоит телевизор. Есть кодоскопы, фильмоскопы, эпидиаскопы, магнитофоны, проигрыватели…

Школа никогда не пустует. С восьми утра до девяти вечера шумит ребячье море. Шутка ли – 520 человек, и у каждого свой характер, свои способности, увлечения…

В школе – десятки кружков и спортивных секций. Проводятся состязвния по футболу, баскетболу, волейболу. Самой Екатерине Митрофановне ничего не стоит надеть лыжный костюм и вместе с ребятами рвануть в поход. Не только потому, что любит спорт и отлично знает свой край, но и потому, что убеждена: такие походы воспитывают терпение, выносливость, дружбу, и если не прокладывают лыжню, не сидят у костерка, не помогают друг другу в зимнем лесу, то, что может из них вырасти – тепличные растения?

— Мы вот с вами толкуем о распространении опыта, — сказал в беседе со мной первый заместитель министра просвещения Удмуртии Герман Кириллович Аксенов. – А попробуйте передать опыт Корепановой, ее методику…Надо учиться ее культуре, ее одухотворенности, ее страстности в работе, а остальное, знаете ли, само придет.

Мы как-то привыкли, что учитель математики уступает лидерство в воспитательном процессе коллегам-гуманитариям – преподавателям литературы и истории. Они учат гражданственности и патриотизму, честности и бескомпромиссности на примерах великих образов и великих свершений. Разин, Кюхельбекер, Герцен, лейтенант Шмидт…Парижская коммуна, Пресня, Сенатская площадь… Уже одни эти имена и названия заставляют сильнее биться ребячьи сердца. А каково педагогу-математику? Алгебра, геометрия, тригонометрия – вот и вся его «палитра»…

На своих уроках Корепанова не ограничивается одними формулами – приучает детей к точности, аккуратности, а во время внеклассной работы рассказывает о выдающихся ученых, об их самоотверженном служении науке и Родине.

— На мой взгляд, — говорит Екатерина Митрофановна, — воспитание — главное для человека, а образование – одна из составных частей воспитания, далеко не последняя, но и не самая первая. Наипервейшее же в нас – те бесценные нравственные законы, по которым должен жить человек: доброта, трудолюбие, скромность…

Кстати, о математике. Корепанова влюблена в свой предмет и старается передать эту любовь учащимся. Беседуя с ними, я спросил: трудно ли отвечать на уроках Екатерины Митрофановны?

И неожиданно услышал:

— Нет. Она добрая…

Не скрою, подумалось тогда: неужели причиной успехов является снисходительность? Но как же тогда выпускники Кожильской сельской школы с успехом выдерживают экзамены в высшие учебные заведения?

Не без гордости – знай, мол, наших – рассказывали мне о блестящей оценке, которую получила в МВТУ Лена Дементьева.

Выслушав ответ абитуриентки, старый профессор – экзаменатор понимающе улыбнулся девушке:

— Вы, конечно, оканчивали математическую школу?

— Нет, сельскую…

Вот вам и «снисходительность»!

«Кто не может взять лаской, тот не возьмет и строгостью». Эти чеховские слова могли бы стать девизом для всей педагогической деятельности Екатерины Митрофановны. Это ее стараниями установилась в школе атмосфера творчества, требовательного, заботливого и человечного отношения друг к другу.

В прошлом году случилось несчастье. У молодой учительницы истории Капитолины Ивановны Волковой в автомобильной катастрофе погиб муж. Оказалась она на частной квартире одна с маленькими детьми.

По-матерински, сердцем восприняла горе Екатерина Митрофановна. Пошла к председателю райисполкома Усову.

— Юрий Ильич, давай жилплощадь…

— Ох, что ты у меня просишь, Екатерина Митрофановна! Ведь знаешь, как с жильем сложно, — сама-то в каких условиях живешь…

И все-таки не устоял председатель перед натиском директора – выделил Волковой и ее ребятишкам квартиру, просторную, светлую, сухую… Какая это была радость для школы! Всем миром пришли перевозить вещи, мыть полы и окна, прибирать на кухне.

Вместе со всеми, вооружившись шваброй, работала и Екатерина Митрофановна. И ни на минуту не заслонило от нее чужого горя то, что сама она многие годы живет в стареньком доме, постоянно требующем трудоемкого ремонта, что приходится таскать ведрами воду, колоть дрова. Прежде дочка помогала. Теперь вот Иринка, окончив мамину школу, поступила в Ижевский механический институт, а затем осталась на преподавательской работе.

Дочкой Екатерина Митрофановна очень гордится. Ирина Владимировна награждена орденом Знак почета, ее избрали депутатом Верховного Совета Удмуртской АССР.

Школьный учитель в селе – не только преподаватель. Это человек, который и рассудит, и посоветует, и защитит. Мимо него не пройдут, не поздоровавшись. На улице издалека показывают: учитель пошел. Его уважают, к нему приходят с житейскими проблемами, с ним делят радость, ему рассказывают о своем горе. Ведь люди есть люди, и с ними всякое случается.

Однажды Корепанову вызвали в суд. Слушалось дело по обвинению ученика Кожильской средней школы. На железнодорожной станции им был похищен груз из раскрытого контейнера. Это уже потом выяснилось, что вскрыли его другие, взрослые люди, оставившие за ненадобностью банки с вареньем. Их-то и подобрал на месте преступления мальчишка. И вот теперь – расплата. Лакомство оборачивалось конкретными параграфами уголовного кодекса, свидетельскими показаниями, суммой убытка.

— Что скажет директор школы? – строго спросил судья.

Екатерина Митрофановна вышла на середину, взволнованно обвела взглядом переполненный зал. Почитай, почти все село здесь.

— Не сажайте его, люди добрые, — взмолилась она. – Давно я знаю их семью – неблагополучная она. При четырех отцах – безотцовщина, а мать, мягко говоря, не всегда ведет себя достойно, попивает. А ведь у нее еще трое детишек… На этом мальчишке вся их семья сейчас держится. Учится он хорошо, других тянет. А варенья этого окаянного он, может, первый раз в жизни попробовал. И не только его в этом вина… Ну, а сладость эта ему теперь всю жизнь горчить будет. Поверьте моему слову…

И ей поверили. Не могли не поверить. Ведь если вдуматься, все село – ее воспитанники. И главный инженер «Удмуртлеса», и ответственный партийный работник, и тот же строгий судья – это ведь все ее Саши, Коли, Вани — те, кто сдирал на контрольных, болел коклюшем, высаживал футбольным мячом окно в учительской.

— Ну, а как же тот паренек, прощенный судом? – спросил я.

Оказывается, он успешно окончил школу и поступил в сельскохозяйственный институт. Сейчас его призвали в армию, и вот оттуда пришло письмо.

Екатерина Митрофановна бережно разворачивает краснозвездный бланк, читает… «Спасибо за воспитание мужественного защитника Родины, достойного гражданина и верного товарища…»

А ведь все могло сложится иначе в его жизни, — подумалось мне, — не вмешайся в нее директор Корепанова, не скажи она тех простых, человеческих слов на суде. Да разве одна его судьба – судьбы сотен людей, не только обученных, но и воспитанных Екатериной Митрофановной.

После знакомства с ней я понял, что, кроме многих качеств, которыми должен обладать учитель, не последнее место занимает смелость. Смелость брать на себя ответственность и принимать решения. Вот еще одна история – еще один урок директора Корепановой.

Сначала по школе поползли слухи. Известное дело: село – не город, тайну здесь, как ни храни, удержать сложно. Ну, а уж с девчонкой пару раз под руку прошел – считай, поженили. Хотя речь шла об одной из учениц школы, Екатерина Митрофановна не спешила вмешиваться в чужие отношения. Но однажды к ней сами пришли родители десятиклассницы.

— Бя-а-ада, Митрофановна, — всхлипнула мать, садясь на краешек стула и разглаживая на коленях передник покрасневшими от бесконечных стирок руками. – Наша-то, слышь, дитенка ждет…

Что было делать? Развести руками, снять с себя всякую ответственность, («Вы – мать, вы и следите за нравственностью»), проинформировать роно?..

Корепанова приняла беду, как свою кровную. И рук не опустила.

— Слушай, Аграфена, а ты-то знаешь, кто отец?

Оказывается, не только родителям, но и ей он был хорошо знаком – год назад школу окончил. Теперь работал шофером в колхозе.

Будущего родителя вызвали на деликатный разговор в школу. Он ни от чего не отрекался. Держались молодые твердо: мы, мол, любим друг друга и ребенка решили оставить.

Всю ночь Екатерина Митрофановна не смогла сомкнуть глаз. Ведь такого ЧП в Кожильской школе еще не бывало!

Наутро она вновь призвала будущих родителей. Притихшие, стояли они перед ней. Наконец Екатерина Митрофановна прервала затянувшуюся паузу.

— Рожайте, раз уж такое дело, — сказала она со вздохом и, сдвинув к переносице брови, строго добавила:

— Распишем вас, как говорится, в порядке исключения. Я уж посодействую…

С тех пор прошло семь лет, и мне, конечно, было интересно узнать, чем же закончилось это единственное в своем роде школьное происшествие.

— А вот чем… — Екатерина Митрофановна с улыбкой кивнула на проносящегося коридором вихрастого первоклассника с физиономией, обсыпанной забавными веснушками. И не без гордости сказала: — И заметьте, отличник!

Школьный учитель. Что только не выпадает на его долю. Какие слова благодарности не заслужил этот скромный, работающий от зари до темна труженик. И как бывает обидно, когда на высоких собраниях, называя лучших людей села – агрономов и зоотехников, бригадиров и механизаторов, — забывают порой назвать учителя, когда забывают проявить заботу о нем.

«Народный учитель у нас должен быть поставлен на такую высоту, на которой он никогда не стоял и не стоит и не может стоять в буржуазном обществе. Это – истина, не требующая доказательств. К этому положению дел мы должны идти систематической, неуклонной, настойчивой работой и над его духовным подъемом, и над его всесторонней подготовкой к его действительно высокому званию…»

Это сказал Ленин».

«Труд», 2 октября 1983 года.

ЗАМЕТКИ НА ПОЛЯХ. Сегодня мне слегка неловко за старорежимную цитату. В то время общество, лишенное Бога, поклонялось одному идолу. Каждое его слово воспринималось как истина в последней инстанции. Даже наивно думалось, вот тыкну в морду правителям ленинским словом, и тем сразу станет совестно. Не стало. Ни при коммунистах, ни тем более при демократах. Учитель как жил скверно, так и живет.

Но это уже жанр проблемной статьи.

Владимир МЕЗЕНЦЕВ,
Удмуртия