ШКОЛА ЖУРНАЛИСТИКИ
имени Владимира Мезенцева
в Центральном Доме Журналиста
Записаться

Гера

ГЕРА

У журналиста нет отчества. До старости в редакциях и «Останкино», на радио и в информационных агентствах нас окликают по имени.

Мне видится в этом скрытый смысл, символизирующий причастность к репортерскому братству. Свой - чужой? Это оценивается не по прожитым годам (моряки говорят, что и чемодан с капитаном тоже во всех морях штормует), а по мастерству, таланту, преданности профессии.
Заведующий кафедрой телевидения и радио журфака МГУ Георгий Владимирович Кузнецов был из наших… И для друзей и коллег он навсегда останется Герой.


Он из той, нынче стремительно забываемой когорты прославленных тележурналистов, что и ушедшие Евгений Синицин, Дамир Белов, Ольвар Какучая, Юрий Визбор… Их творчество умело очеловечивать самую сухую информацию, творить те самые сюжеты с задушевинкой, без которых экран мертв.

А еще, на заре Перестройки была телепрограмма «Добрый вечер, Москва», где Кузнецов развернулся во всю мощь. Одновременно ему приходилось противостоять и могущественному МГК КПСС, и не менее влиятельным чиновникам в самом Гостелерадио.

Теле-надзиратели не желали перемен и хотели остановить время. Кузнецов же работал на будущее.

Им, будущим, стал для него журфак МГУ, где многие годы он возглавлял учебный телецентр, а затем и телевизионную кафедру.

Однажды он обронил, что ему повезло с начальством. «Надо мной – только Господь Бог и Ясен Николаевич».

В самом деле, где еще так легко дышится творческому человеку, как не на нашем факультете?

Это была трудная работа. Вести за собой коллектив, уметь разруливать непростые ситуации, находить лад и с профессорами, и со студентами… А еще писать книжки и учебники, выступать со статьями в «Журналисте», участвовать в жюри международных телефестивалей.

Он часто приходил ко мне в Домжур, встречался с юными журналистами, принимал живое участие в их дальнейшем творческом росте.

…Год назад в ЦДЖ проводилась торжественная церемония награждения лауреатов Второго Всероссийского конкурса «Юные журналисты России». Среди почетных гостей – декан Ясен Николаевич Засурский, председатель Союза журналистов России Всеволод Леонидович Богданов, начальник Группы общественных связей УФСБ по Москве и Московской области Лариса Казакова и, конечно, Кузнецов…

Для молодняка устроили чаепитие в ресторане, для мэтров накрыли стол с напитками посерьезней рядом, в кабинете. Под конец, когда гости разъехались, а Гера остался за старшего, в дверь постучали. Со мной пришли попрощаться мои выпускники.

— Ты не возражаешь, если ребята немножко посидят вместе с нами? – спросил я Геру.

— О чем разговор! Входите!

Паша Горохов, Женька Кривцов, Лиза Михеева, Лёля Доронина, Володя Демянченко – все, кто окончил нашу Школу журналистики в Домжуре, а теперь учится в МГУ робко присели за стол, где княжил Георгий Владимирович.

Им налили вина. А потом завязался разговор, профессиональный, заинтересованный, жаркий. И в этот момент почувствовал, как они нужны друг другу - молодая поросль и убеленный сединой Гера.

Без чинов и званий, поблажек на неопытность и молодость за одним столом сидели журналисты, которые, убежден, на всю жизнь запомнят тот вечер с Кузнецовым – его последний урок журналистики.

Он был замечательным другом, словно сошедшим со страниц ремарковских «Трех товарищей».

Его отличало неумение устраиваться в жизни, приспосабливаться, ловчить. Заведующий самой престижной кафедры обладал даром оставаться бессеребренником во времена, когда все помешались на долларах, а главным девизом стал глагол «хапать»!

Это ли не то самое благородство, которое не променял ни на сверкающую лаком иномарку, ни на дачу в Баковке или Жуковке, ни на баснословный евроремонт?

Смерть всегда внезапна. Но одних она проводит к трагической развязке через казематы больничных палат, хворобы, тягостную обреченность близких…

Уход Георгия Владимировича ошеломил всех знавших его людей. Только вчера разговаривали, шутили, говорили о кафедре и факультете…

А потом он вернулся домой, и ему стало плохо с сердцем.

Трудно поверить, что его нет.

О нем обязательно надо написать книжку. И уверен, она будет написана.

Владимир МЕЗЕНЦЕВ