Школа журналистики
имени Владимира Мезенцева
при Центральном доме журналиста

Военный корреспондент Карина Басок о работе в зоне боевых действий: «Материнский инстинкт там сильно обостряется, внутри появляется нечто очень сильное, мужское»

Журналист и документалист Карина Басок посетила Школу журналистики имени Владимира Мезенцева при Центральном Доме журналиста и рассказала о специфике работы военного корреспондента.

Что повлияло на Ваше решение стать военкором?

— Во мне буквально взращено обострённое чувство справедливости. Я сильно люблю свою страну и считаю профессию, которую я выбрала, своим долгом. 

Как давно вы приняли это решение? 

— Задолго до СВО (прим. специальной военной операции). Я приняла его, когда поступала на журфак. И уже тогда отдавала себе отчёт в том, что я буду военным журналистом.

Как не бояться? Есть ли гарантия, что ты вернёшься?

— Никаких гарантий нет.

А что говорить тем, кто хочет стать военным корреспондентом, особенно ребятам, выбравшим эту профессию уже в 8 классе?

— Это ваш выбор. И мы его совершаем постоянно. Это сложно объяснить словами. Когда я ехала на войну, то понимала: мама с ума сойдёт, узнав о моей смерти. Но я не могла по-другому. Обычно люди, решившие стать военкорами не задумываются «как, что», они просто физически не могут поступать иначе. А что касается ребят, то с ними нужно разговаривать честно. Они должны понимать без романтизма, что из себя представляет война. Возможно, после этого человек изменит своё решение или примет его более взвешенно, когда вырастет.

Журналист Карина Геннадьевна Басок
Карина Геннадьевна Басок читает интервью в английском зале Школы журналистики имени Владимира Мезенцева при Домжуре
©Маргарита Лукманова/ Школа журналистики имени Владимира Мезенцева

Женщина, отправляясь на войну, фактически отказывается от своей главной роли: быть матерью. Меняется ли что-то в девушках-журналистах на войне?

— Да, и хотя материнский инстинкт там сильно обостряется, внутри появляется нечто очень сильное, мужское. А всё женское мы вынуждены глушить. 

Может ли военный журналист вершить судьбы?

— Нет. Он может показывать, а делать должны другие. И я убеждена в этом. У меня была не одна попытка изменить хоть что-то, но это отвлекает от работы и ни к чему не приводит.

Как психологически Вы переносите это?

— Посещаю психиатра, прохожу частную терапию. Я понимала, «куда лезу». Но не только это. Должно быть понимание, зачем ты это делаешь. Потому что из-за этого тебе психологически будет легче себе объяснить, зачем ты находишься в этой точке.

Какую роль выполняет журналист на линии фронта, помимо того, что он освещает события и является глазами происходящего?

— Он пытается не увеличить злость, не разжечь огонь, не ухудшить ситуацию, не навредить.

Скорее всего, Вы не единственный журналист на войне, как Вы коммуницируете, как ощущаете себя в группе, команде? 

— Мы давно знакомы с Марьяной Наумовой (прим. российская телеведущая общественно-политического ток-шоу «Время покажет» на «Первом канале» с 2022 года, журналист, военный корреспондент). Работали вместе на фронте, и нам сложно коммуницировать вне военных действий. Там у тебя действительно происходит это объединение. Но после возвращения в мирную жизнь всё остаётся позади, в другом мире. И здесь появляется мерзкое ощущение, что ты не хочешь быть здесь, не хочешь сплачиваться с этим миром, и всё.

То есть вам легче находиться в том мире, чем в нашем, настоящем?

— Да. Но я учусь находиться в нашем мире, хотя пока что мне сложно это даётся. На самом деле всем ребятам, которые там работали и работают,  легче находиться на войне. Война сопряжена с их «внутренним». И это факт.

Что значит «война сопряжена с их внутренним»? Можно ли сказать что это война личности, а не того, что царит там?

— Это всегда война личности. Я разговаривала с очень многими матерями погибших ребят. И их уход всегда был связан с чувством вины, безысходностью и какой-то эмоциональной ампутацией. И тогда кажется, что это единственный выход.

Карина Басок
Карина Басок в Английском зале Школы журналистики имени Владимира Мезенцева
©Маргарита Лукманова/ Школа журналистики имени Владимира Мезенцева

А как через журналистику достучаться, объяснить действительность, реальность, показать лицо войны?

— Стараться кольнуть человека, заставить его задуматься. Если я скажу тебе слово «дом», то для тебя оно значит уют, спокойствие. А если я начну дополнять своё описание, рассказывать о своём детстве, то у тебя сложится чёткое представление о том, что такое дом для меня. Здесь похожая история.

79

Запись на бесплатное пробное занятие

Может быть интересно:

Поиск по сайту