Школа журналистики
имени Владимира Мезенцева
при Центральном доме журналиста

Дмитрий Быков о Pussy Riot

Быков

В ТЦ Библио-глобус настоящая неразбериха под названием «Библионочь». Люди бегают с камерами, светильниками, стульями, сумками, стаканами. Все ждут прихода гостей. «Давайте сделаем гимнастические упражнения – подвинем стулья вперёд. Знаете, как говорят: «Чем ближе к богу, тем ближе к истине!» Именно так представили журналиста, теле- и радиоведущего, писателя Дмитрия Быкова – обаятельного мужчину, в самом расцвете сил, от которого пахло ириской.

О презентуемой книге — «Мужской вагон» — было сказано всего пару слов. В нее вошли шестнадцать рассказов, из них четыре написаны в рифму.

— Это мы с моим другом Алексеем Кастоняном написали, — рассказывает Дмитрий Быков. — Один рассказ здесь печатается впервые. Это будущая глава романа «Квартал». Остальные более или менее знакомы тем, кто читал «ЖД рассказы» или «Прощай, Кукушка». Но раз эти книги уже разошлись, то они решили напечатать такой сборник «Всё и сразу».

— Кем вы себя позиционируете: поэтом, писателем, философом?

— Я себя не позиционирую, — улыбка играет на лице Дмитрия. — Это моё главное преимущество. Меня позиционируют другие люди как толстого еврея, который отравляет жизнь русскому народу.

Уже окончательно и бес поворотно, отойдя от книги, беседа переходит на власть:

— Понимаете, в чём тут дело, главный парадокс. Они как бы уже победили. Они как бы составляют полное большинство. Но они всё время продолжают сражаться с каким-то агрессивным либерализмом. Так ведут себя люди, которые получили тягчайшее поражение, но всё это боятся признать. В своё время Виктор Шендерович, мой большой друг, сказал: «После публикации биллютеня «Путин пошёл нах» всё произносится уже на ходу». Всё, что они говорят про агрессивный либерализм, про мешающее ценности, про запад, который составил заговор и подкинул патриарху часы… Это всё уже произносится на ходу.

Я вот вам скажу. Я вчера был на суде Pussy Riot и я с ужасом, скажу вам честно, понял, что Надя Толоконникова будет министром культуры. Они уже сделали для этого всё возможное. Хочу ли я этого? Нет, Боже упаси. Однако всё для этого сделали. Она уже святая. Она сейчас сидит гораздо в более душной камере, чем мы находимся, и публика вокруг неё гораздо хуже. Она уже святая и ничего нельзя сделать. Процесс уже запущен. Я вчера испытал два взаимоисключающих чувства. Во-первых, я испытал полное, жуткое нежелание жить среди этого вранья, насилия, когда нас, журналистов, пять раз выгоняют из зала суда, а потом загоняют по два человека и проверяют у всех удостоверения.

Эти ОМОНовцы с нарочито страшными лицами, знаете, как в детской игре в фашистов, стараются… А видно, что простое русское лицо. Старается: «Я вам сказал, положите камеру!» А видно, что говорит: «Ну, простите меня, что я вынужден». А второе чувство — жуткое желание дожить до того дня, когда Надя Толокотникова будет министром культуры. Я хочу это увидеть! Один мой приятель сочинил: «Даёшь свободу Pussy Riot! Пусть дальше веру обсирают!» Это безобразие, конечно. Вот судья, когда читает приговор, задыхается, кашляет. Ну, видно насилие. А Надя говорит как дышит и так это прекрасно получается. Тут такой контраст – хрупкая девушка в клетке. Тут сама эстетика начинает работать…

Фото автора.

1

Запись на бесплатное пробное занятие

Может быть интересно:

Поиск по сайту