Светлана Ахметдинова — военкор и редактор канала «Звезда», телевизионный корреспондент программы «ЧП» на НТВ, «Человек и закон», автор документальных фильмов для Первого канала и ЕМГ (Россия 1, Москва 24), преподаватель Школы журналистики имени Владимира Мезенцева при Центральном Доме журналиста. В интервью она рассказала о своём опыте работы редактором.
![Светлана Ахметдинова](https://journs.ru/wp-content/uploads/2024/06/2qei9wevhhw-682x1024.jpg)
![Светлана Ахметдинова](https://journs.ru/wp-content/uploads/2024/06/2qei9wevhhw-682x1024.jpg)
— Для начала расскажите, чем занимается телевизионный редактор?
— Надо понять одно: иногда он занимается разными вещами. Есть редактор по контенту, а есть тот, кто исправляет текст. Не всегда это один и тот же человек. Бывают люди, которые очень хорошо тексты редактируют, а бывают те, кто собирает видеоматериал, и там тоже нужно умение сценарно видеть и выбирать те или иные факты и героев. Но там нет работы со статьёй.
А если в общем, то это однозначно руководитель. Редактором невозможно стать, выпустившись с университета. Для этого нужно пройти путь корреспондента, продюсера, и со временем, наработав опыт, человека назначают редактором (ещё бывает фраза «шеф-редактор»).
Это руководитель, у которого обычно в подчинении находятся продюсеры, корреспонденты. Вместе с ними он определяет политику редакции, какую новость мы ставим в эфир, как мы её преподносим, что за чем идёт в новостных выпусках: это событие мы поставим первым, а менее значимое — в конце. Редактор непосредственно управляет продюсерами: ставит им задачу, кто там первостепенный, какого героя нам нужно спродюсировать, кого надо найти. И, естественно, редактирует тексты. Корреспондент напрямую подчиняется редактору.
— Расскажите о Вашем опыте работы. Каким он был?
— Я работала редактором один раз. Начнём с того, что мне не очень интересна эта должность. Здесь тоже есть своя специфика.
Я всегда очень любила снимать и работать корреспондентом. Но когда становишься редактором или шеф-редактором, то перестаёшь выезжать на съёмки, потому что ты уже руководитель. Здесь сидячая работа. Есть люди, которым она интересна и которые к ней стремятся, а есть те, кто не прилагает усилий к этому.
По поводу зарплаты: не всегда шеф-редактор или редактор получает больше корреспондентов. Есть корры, которым значительнее выплачивают, поэтому проще уже двигаться по корреспондентскому пути и доходить до спецкоров в каких-то передачах. Когда я была редактором, то в подчинении находилось несколько авторов, у которых читала тексты и говорила, что, например, в этот материал лучше добавить ещё интервью, иначе получается неполноценно объективная картина. То есть давала какие-то весомые правки, и корреспондент шёл и исправлял их.
— А как Вы пришли к этой профессии?
— Мне случайно один раз в проекте предложили поработать, и я пришла, при этом пройдя уже определённый путь: поработала и продюсером, умела это делать. Была и корреспондентом и умела писать тексты. Также могла управлять людьми. Здесь тоже очень важна именно управленческая работа. Если ты не умеешь руководить коллективом, то есть ставить какие-то задачи и спрашивать, то шеф-редактором очень тяжело работать. Это именно нужно спросить, чтобы задачу выполнили, потому что он несёт ответственность.
Шишки летят на редактора, не на продюсера с коррами. Первым получает шеф-редактор. Если вы, например, пропустили какую-то фактологическую ошибку, то прилетает редактору. Здесь уровень ответственности очень высокий. Многие люди стремятся к редакторской работе, но надо понимать, что вы получите нагоняй первыми. Если ошибётесь в цифрах, в фамилиях, в фактологиях или, например, напишете, что такой-то такой-то человек виновен в преступлении, а при этом суд ещё не признал его виновность (такая, казалось бы, формулировочка, которую можно пропустить. Какие-то опытные шеф-реды не упускают такие вещи, но это яркий пример, чтобы было понятно), то это уголовно-наказуемая история. То есть вы человека, которого не признали законно виновным, называете виновным. Есть очень много таких нюансов, и надо понимать, за какую работу вы берётесь, всё не просто так. Шеф-редактор — это такой начальник, который ходит, всем указания раздаёт.
— А каким должен быть человек, чтобы он мог стать редактором? Какими качествами должен обладать?
— Это однозначный эрудит. Вот сколько у меня было шеф-редакторов: один из них — Андрей Золотарёв. Сейчас он сценарист и написал сценарии к фильму «Лёд», «Лёд 2» и «Слово пацана».
Это люди, которые знают и пишут лучше тебя, видят шире, чем ты.
Когда с такими людьми встречаешься, то, конечно, получаешь колоссальный опыт и начинаешь расти. Но не всегда, к сожалению, так происходит.
Это широкий кругозор, абсолютно образованный, интеллигентный, интеллектуальный и начитанный человек, причём во всех сферах.
В журналистике мы как себя называем — профессиональные дилетанты, ведь по сути должны в каждой сфере знать по чуть-чуть. А вот уровень ответственности и широкого кругозора шеф-реда должен быть очень высоким, чтобы разбираться, как летают дроны, например. Также знать какие-то законы, если надо перепроверить за корреспондентом. Все статьи опять-таки на шеф-редакторе висят. Если он будет пропускать факап корреспондента, то ему прилетит за это. Понимаете, в чём важность? Они хотят быть начальниками и получать высокую зарплату, поэтому становятся шеф-редакторами, что категорически неправильно.
Я никогда не стремилась к этой работе, потому что не чувствую себя шеф-редактором. Мне кажется, что ещё недостаточно дозрела с точки зрения кругозора. И такая специфика — сидеть постоянно в кресле за компьютером. Нет съёмок, всей этой движухи, а она для меня важна, поэтому редактор — не очень привлекательная должность. В силу жизненных обстоятельств я поработала один раз. На этом всё, больше не хочется (смеётся).
— Как не выгореть в такой сложной профессии?
— В основном журналисты гуляют по разным проектам: меняют тематику, программы, потому что действительно сидеть на одном и том же месте довольно тяжело, особенно творческому человеку. Ты там 10 лет пишешь только про недвижимость, например. Это правда очень тяжело и изматывающе. Понятно, что ты в какой-то момент становишься просто супер-профессионалом: уже завтра можешь на стройку ехать и строить здания. Творческие люди меняют сферу деятельности: из недвижимости можно перейти в криминал, а оттуда – в политическую среду. Также шеф-редакторы обычно занимаются несколькими проектами. Они не сидят на одном, а “пишут” какой-то научно-документальный фильм, потом берут автобиографический проект на другом канале. Вот так лавируют. Они немножечко и разбавляют серые будни, занимаясь разными видами редактирования. Я не знаю, как выдерживают люди, которые годами сидят на одной и той же тематике. Это тяжело, правда.
— Какой совет Вы бы могли дать начинающим шеф-редакторам?
— Во-первых, трезво оценивайте свои способности, потому что шеф-редактором может стать не каждый человек. И просто хорошо писать, и даже лучше, чем остальные — это не причина становиться шеф-редом. Редактор — это сочетание нескольких качеств человека: широкий кругозор, умение управлять, и понимать телевизионный или газетный (смотря в каких СМИ работаем) контент, и видеть картину сверху, чтобы понимать, что за чем следует, куда что ставить, какого автора на какую тему отправить. И не забыть проверить все факты, чтобы всё было чётко и слаженно. Единицы могут становиться ими.
— Избранные.
— Избранные, да. Если хороших корреспондентов и вправду много, то шеф-редов нет. Обычно на одну редакцию один редактор. В подчинении у шеф-редактора может быть десять корреспондентов — десять к одному. Хороший шеф-редактор — это не какая-то массовая профессия. До него надо прямо дойти. Но лучше, конечно, идти не за деньгами, а именно за внутренним желанием и каким-никаким рвением, чтобы душа лежала. Зарплаты там хорошие, поэтому все очень хотят. Также это считается какой-то следующей ступенью роста корреспондента, автора. То есть стать шеф-редактором — это уже выше.
Другой вопрос насколько вы с этим справитесь, потому что есть очень много людей, которые некомпетентны, к сожалению. Они работают шеф-редами, заваливают проекты, потом начинают обвинять корреспондента (не так поработали), затем продюсера. Хотя на самом деле ты шеф-редактор, и последнее слово всегда за тобой. Продюсер может всё что угодно напродюсировать, корреспондент может снять десять часов съёмки, потом из этих десяти часов выбрать не очень интересные кусочки. В задаче шеф-редактора, если он видит, что корреспондент отобрал плохие куски (неинтересные и неинформативные), — открыть заново эти десятичасовые исходники, отсмотреть и выбрать другие. Поэтому когда они обвиняют только корреспондентов — это странно. Вы начальник и финальный выпускающий, поэтому на вас вся ответственность.
Корректор: Алина Каракулян, студентка Института медиа НИУ ВШЭ, выпускница Школы журналистики имени Владимира Мезенцева при Центральном Доме журналиста.