Школа журналистики
имени Владимира Мезенцева
при Центральном доме журналиста

«Всё, что мы знаем об оружии Израиля и Ирана, — это только верхушка айсберга»: Григорий Прутцков о новом конфликте на Ближнем Востоке и поддержке США

Григорий Владимирович Прутцков — российский учёный, исследователь зарубежных СМИ, профессор Института медиа НИУ ВШЭ, академический директор Школы журналистики имени Владимира Мезенцева при Центральном доме журналиста, кандидат филологических наук, член Союза журналистов России.

Григорий Прутцков
Григорий Прутцков в Банкетном зале Центрального Дома журналиста
© Маргарита Лукманова/ Школа журналистики имени Владимира Мезенцева

— Григорий Владимирович, по вашему мнению, самые частые конфликты происходят на религиозной или территориальной почве?

— Это больше зависит от региона. Если мы говорим про Европу, то здесь, как правило, конфликты на территориальной почве. Хотя в конфликте между Сербией и Косово есть сильная религиозная подоплека, потому что Приштину и другие города населяют албанцы, которые являются мусульманами, а ведь Косово — это исторически сербская территория с православным населением. Между разными этническими и духовными группами неизбежно возникают конфликты. Боснийский конфликт тоже во многом был обусловлен религиозными причинами. Но самый сильный религиозный фактор, конечно же, на Ближнем Востоке. С появлением Израиля на политической карте военные действия усилились. В 1948 году произошла первая арабо-израильская война между Израилем и соседними арабскими странами, и с тех пор напряженность носит постоянный характер. Даже в те годы, когда войн нет, на Ближнем Востоке всё равно происходят столкновения, например, обстрелы Ливана и Сирии с израильской территории.

— В условиях нового обострившегося конфликта между Израилем и Ираном, могут ли страны забыть про Украину, и какие последствия это может иметь для неё?

— Так и будет. Про Украину забудут, как забыли про Афганистан и Ирак. Украина — это плацдарм против России. Когда американцы поймут, что из-за этого конфликта они больше теряют, чем приобретают, то перестанут помогать. За 20 лет войны в Афганистане они же поняли, что потерь у них больше, чем бонусов, поэтому ушли. То же самое будет и с Украиной. У американцев нет серьезного интереса в Украине, как в Израиле. В Конгрессе США сильное еврейское лобби, и там принимают очень много решений в угоду Израилю. С Украиной так не происходит.

— Но помощь от союзников Украины так и не прекращается. США тратят деньги на ее защиту, Тайваня, теперь ещё и Израиля. Что произойдет с экономикой США в таком случае?

— В США вся политика завязана на предвыборные циклы, и они там самые короткие в мире — всего два года. Сейчас пройдут президентские выборы, а через год с небольшим уже стартует предвыборная кампания в Конгресс. Внешняя политика Америки во многом связана именно с избирательными кампаниями, а на это нужны деньги, которые идут не на социальные выплаты или борьбу с мигрантами, а в страны, которые американцы даже на карте показать не могут. Израиль важен для Америки, он для нее большая сила. Тайвань тоже важен своей промышленностью, электроникой и географическим фактором. Это регион, который может выступить против Китая. Украина — способ борьбы с Россией. Мы видим, что наша страна дает активный отпор и разбивает хваленые американские танки, которые сейчас можно посмотреть на выставке трофейной техники. Это несет имиджевые потери для США, и, если риски для ее военной промышленности будут слишком большими, помощь прекратится.

— Биньямину Нетаньяху (прим. премьер-министр Израиля) нужна война? Не кажется ли вам, что эта война носит демонстративный характер?

— Нетаньяху один из самых старых политиков. Он был при власти еще во времена позднего Советского Союза. У него огромный опыт, но он понимает, что его политическая карьера зависит от продолжения военного противостояния. Если он его закончит и скажет: «Всем спасибо, все свободны», — то на этом его карьера закончится, а возможно, и жизнь будет прервана, как это случилось с президентом Израиля Ицхаком Рабиным, который заключил договор с палестинцами. Поэтому Нетаньяху заинтересован как в продолжении своей политической деятельности, так и своего физического существования.

— В нашем разговоре вы упомянули предвыборную кампанию в США. Как вы думаете, Штаты намеренно возобновили конфликт на Ближнем Востоке перед выборами?

— Возможно. Американцы просто так ничего не делают. Это наверняка было продумано с точки зрения выборов, на которых очень хотят победить демократы, что для них очень затруднительно, ведь президент Байден — герой анекдотов — весьма ограниченно дееспособен. Поэтому им нужна какая-то пиар-акция, желательно не одна. Если они в проект «Украина» вложили столько денег, но ничего не вышло, то с Израилем другая ситуация: денежную и военную поддержку оказали, и эта помощь оправдала себя. Такое сильно действует на избирателей.

— Кто из стран побеждает по наличию оружия? Последние события показали, что у Ирана довольно много ракет и беспилотников, а у Израиля хорошие ПВО.

— Во-первых, Израиль поддерживает США. Во-вторых, мы не знаем про ядерное оружие, которое, скорее всего, есть у Израиля и Ирана. Всё, что мы знаем об их оружии, — это только верхушка айсберга, потому что если они начнут использовать не обычное оружие, а ядерное, то мало никому не покажется.

— Почему в день, когда Иран выпустил ракеты по Израилю, люди вышли на улицу, праздновать победу? Это один из аспектов пропаганды?

— Безусловно. Иран — это религиозное государство. Очень редкий тип, когда у власти не только гражданское правительство, но и религиозные лидеры, а они более влиятельны. У внешней политики Ирана есть тезис «сбросим Израиль в море», хотя они немного смягчили свою позицию по Израилю, но последние события вновь её ужесточили. Это первый случай, когда Иран напал на Израиль, обстрелял его ракетами, и естественно, что для тех фанатиков, которые хотят уничтожения Израиля, — это праздник. Люди, которые вышли на улицу, совершенно искренне обрадовались из-за начавшегося конфликта.

— Израиль первым ударил по Ирану. В СМИ это назвали защитой, а когда Иран ответил Израилю — это другое. Почему такие двойные стандарты?

— Это обычная ситуация в западной журналистике. То же самое происходит с Украиной и Россией. Двойные стандарты были, есть и будут в западных СМИ. Это очень сильно влияет на обывателя, который в этом информационном пузыре находится и считает, что так и есть.

— Россия может помочь в предотвращении конфликта на Ближнем Востоке? Или нам лучше не вмешиваться в суверенитет других стран?

— У России очень сильная позиция в арабском мире, с одной стороны. С другой стороны, у России тесные контакты с Израилем, которые, правда, подорваны поддержкой Украины, но мы не сбрасываем его со счетов. К тому же, 3/4 населения Израиля — это выходцы из Российской империи, Советского Союза и постсоветской России. Отношения российского и израильского руководства испортились, но на бытовом уровне связь между странами остается.

— Каковы последствия иранских обстрелов для Ирана и Израиля?

— Ни одна из этих стран не заинтересована в большой войне, потому что никто не может спрогнозировать, что будет дальше. Религиозные фанатики в Израиле и Иране требуют крови, но центристское большинство понимает, что если, помимо имиджевых атак, будет что-то более серьёзное, то мир ждут непредсказуемые последствия. Война затронет весь Ближний Восток, Средиземноморье, и, возможно, всю Евразию.

Корректор: Алина Каракулян

34

Запись на бесплатное пробное занятие

Может быть интересно:

Поиск по сайту