Школа журналистики
имени Владимира Мезенцева
при Центральном доме журналиста

Журналистика – это и есть искусство манипуляции

Журналист, преподаватель Школы журналистики имени Владимира Мезенцева Денис Тельманов рассказал о том, как СМИ манипулируют аудиторией на примере отечественной прессы.

*Справка:

Денис Тельманов является преподавателем Школы журналистики имени Владимира Мезенцева. Ранее занимал должности экс-руководителя службы «Армия» газеты «Известия», журналиста редакций «Газета.ру», РИА Новостей, Интерфакса, Рамблера, Ведомостей, Москва-Медиа.

Денис Тельманов

Денис, как вы считаете, в отечественной журналистике присутствует манипуляция? Часто ли её можно увидеть в текстах журналистов?

– Манипуляция, безусловно, есть в любых СМИ, и в российских, и в зарубежных. Собственно, журналистика это и есть искусство манипуляции – управления информацией и вниманием аудитории. Если такого управления, отбора фактов по тем или иным критериям, не будет, тексты станет невозможно читать, это будет поток сознания. Важно, по каким критериям она происходит.

Каждое СМИ придумывает себе некую систему отбора информации, исходя из каких-то своих целей и задач. В одном СМИ она обусловлена государственной политикой, в другой – личным мнением главного редактора или владельца, в третьем – вкусами самих журналистов, в четвертом – коммерческой составляющей, необходимостью зарабатывать на рекламе и трафике. И в каждом случае это влияет на то, о чем издание пишет, а о чем нет.

Соответственно, человек, который идет в журналистику, должен учитывать, что он не сможет прийти в любое издание и написать то, что он хочет. Он всегда будет сталкиваться с некой системой сдержек и противовесов, которые будут ему «бить по рукам» и ограничивать, либо наоборот — заставлять писать о том, о чем самому автору неинтересно.

На уровне создания текста информационным агентствам, журналам и газетам предоставляются определённые пресс-релизы, из которых журналист сам формирует новость. Может ли он при этом расставлять свои акценты и тем самым манипулировать общественным мнением? Если да, то можете привести примеры, где именно это можно было увидеть.

– Да. Аудитория реагирует не только на информацию, но и на её отсутствие. Когда про что-то умалчивается, люди начинают это придумывать. Так было, например, с коронавирусом и вакцинацией. Вспомните, сколько появилось теорий заговоров про происхождение вируса, осложнения от вакцины, какое-то чипирование придумали. И все это из-за того, что не было исчерпывающей информации, которая бы сформировала картину мира.

Точно также российские государственные СМИ не публикуют негативную информацию о работе власти. В некоторых случаях законодатели просто ограничивают распространение любых фактов, источник которых — не государственные структуры. Например, в материалах о спецоперации запрещено использовать информацию, полученную не из официальных ведомств – Минобороны, ФСБ, местных органов власти. Соответственно, всё, что за пределами пресс-релизов, считается незаконной информацией и не публикуется, даже если журналисты владеют какой-то другой фактурой.

Как результат этого – множество мифов и спекуляций о положении дел в армии, на фронте, на оборонных предприятиях. И в какой-то момент чиновникам приходится с этими мифами бороться – доказывать, что все не так. Если бы с самого начала информации было достаточно, такого бы не происходило.

Журналистика всегда должна нести правду в общество?

– Правды не бывает. Любое описание реальности – это всегда какой-то ограниченный взгляд, выбор одних фактов и игнорирование других. Ты несколькими словами должен пересказать то, что происходит и, как правило, выбираешь какие-то самые важные детали, которые необходимы, чтобы понять, что произошло.

Это заметно даже на лингвистическом уровне. Любые прилагательные и наречия всегда не точны, потому что у всех понятие «красивый автомобиль» разное. Поэтому новостные тексты не содержат оценочных понятий.

– Получается, что журналисты не могут объективно передать информацию?

– Нет, это всегда будет приближение к объективности, но не объективность. Более-менее объективно можно передать только хронологию событий. Как только дело доходит до названий и характеристик, начинается субъективность. Это и есть поле битвы пиарщиков и журналистов, когда в одно и то же действие журналисты вкладывают один смысл, а пиарщики — другой.

Мнение в обществе формирует тот, кто первым дал название тому, что случилось. «Это не митинг, а шествие», «это не взрыв, а хлопок», «это не поджог дверей, а арт-акция». Выбор слов – это инструмент управления информацией, манипуляция.

Мы говорим о том, что издание всегда занимает определённую позицию, тогда можем ли мы сказать, что журналистика – это пропаганда своей идеологии?

– Любое издание – это пропаганда убеждений редакции. Почему под некоторыми материалами пишут: «Мнение автора может не совпадать с позицией редакции»? Потому что редакция – это некий набор догм, которые должны соблюдаться, если ты в ней работаешь, а если текст пишет приглашенный колумнист, коллектив издания как бы отстраивается от него, показывает, что это все его личная позиция, а у редакции она какая-то другая.

Даже принцип двух-трёх источников, который является попыткой дать более-менее объективную картину, с плюсами и минусами, работает не во всех изданиях. Многие редакторы считают, что не нужно приводить контраргументы, что читателю нет смысла давать палитру мнений, он ждет только некий общий вывод, который журналисты сделали за него. И это тоже поле для манипуляции – «мы за вас прочитали статью, изучили документы, посмотрели трансляцию, и вот вам самое главное». Краткое содержание реальности.

Можно ли сказать, что понятия манипуляция и пропаганда равны?

– Хороший вопрос. Нет. Пропаганда – это некое направление деятельности, задача. А манипуляция – это лишь инструмент. Манипуляция не только для пропаганды используется, но и в любом рассуждении – в науке, в бизнесе, в образовании, в управлении. Это не негативный инструмент, это технология.

Проблема в том, что в наших СМИ и в наших органах власти этим инструментом пользуются довольно плохо. Если бы люди, которым поручили вести пропаганду, были чуть более профессиональными и чуть больше сами верили в то, что они делают, то мы бы, конечно, избежали таких перекосов, которые можно наблюдать в государственных СМИ, особенно в различных ток-шоу. Это просто плохая пропаганда с неумелым использованием инструментов манипуляции.

Хорошая пропаганда – это когда у человека не возникает сомнений, что то, что ему рассказывают – правда. Этим виртуозно владеют многие западные СМИ, выстраивая стройную систему убеждений и оценок, которая не нарушает законы логики. Вот почему многие интеллектуалы безоговорочно верят западным СМИ. Не потому, что эти издания правы, а потому что более искусно владеют технологией манипуляции.

7

Запись на бесплатное пробное занятие

Может быть интересно:

Поиск по сайту